Того, что называется красивым словом «имидж», практически не существует. Каждый вкладывает в это понятие собственный смысл.

Для себя я решил, что имидж - это одновременно то, что прячет и то, что показывает Для меня изменения моего имиджа были связаны именно с этим - сначала мне хотелось спрятаться, а потом - открыться. Главным для меня всегда было соответствие между моим внутренним миром и внешним.

При этом свой внешний образ я никогда не выстраивал специально: все получалось как бы само собой. Для меня имидж - как свежая сорочка: я считаю, что человек должен быть чистым, и ему должно быть удобно.

Сначала мне было удобно носить щетину, потом я стал бриться, а последние годы ношу вот эту свою бороду. Но моя «полосочка» - это просто привязанность, это не значит, моден я или архаичен. Такие бороды носили и во времена Дюма, и сейчас носят - в Испании, например, или в Англии. А для меня это просто привязанность, привычка.

Вещи должны соответствовать внутреннему состоянию. Я почти не ношу вещи, которые выглядят «новыми» - последние несколько лет это вещи вареные, тертые, соответствующим образом обработанные. Есть впечатление, что они пожили. Я так же отношусь к мебели - мне нравится не безликая новая мебель из IКЕА, а уже пожившая, одухотворенная. Любую новую вещь нужно наполнить содержанием.

 

Какое-то время моим пристрастием были японские модельеры, теперь в этом нет необходимости - цена вещей определяет, конечно, их качество, но не определяет стиль. Ты можешь ходить в простых вещах. И, если тебе комфортно, ты всегда будешь стильным. Я придерживаюсь классического мнения: одежда не должна скрадывать недостатков, она должна подчеркивать достоинства.

Вещей не должно быть много. Я в детстве думал: пусть у меня будет один белый свитер, я его буду ночью стирать, но ходить в белом и чистом. Пусть вещь будет одна, но качественная, чем десять никому не нужных тряпок.

Когда я выбираю сотрудников - а это люди, с которыми я практически живу, потому что не делаю разницы между жизнью и работой, то обращаю внимание прежде всего не на имидж, как таковой, а на соответсвие внутреннего содержания внешнему. Если этот баланс соблюден, то, как правило, у человека есть шанс стать хорошим работником.

В творческой тусовке почему-то существует приверженность к черному цвету. Я считаю, что это вечные похороны: каждый «творец» празднует гибель другого «творца».

Наиболее близкий мне из моих имиджей? Наверное, тот, который сложился сейчас. Я отращиваю волосы - наверное, это возвращение к тому, что было. И в этом есть смысл. Мне этот имидж помогает не прятаться. С одной стороны, меня узнают на улицах и просят автографы, и это мне приятно. С другой стороны, это определенное ограничение моих личных свобод - я уже не могу от души наорать, например, на водителя, который бессовестно меня подрезал - мне становится неудобно.

Когда я немножко меняюсь внешне, меня не сразу узнают. То есть шанс остаться все-таки чуть более свободным.

Иногда я хочу что-то показать, а иногда - что-то спрятать. Сейчас я отдал все, что у меня было, своему новому фильму - «Коллекционер». Поэтому мне хочется лечь на время на дно, замаскироваться. Может быть, возвращение длинных волос происходит еще и поэтому. Что будет дальше - не знаю.